«Я не отношу себя к феминизму. Термин исчерпал себя»: кавказские женщины о борьбе за свои права, исламе и традициях

Религия как манипуляция, просвещение в телеграм-каналах и стереотипы о раннем замужестве

Борьбу за свои права кавказские девушки не спешат называть феминизмом. Они убеждены — важно дать женщинам то, что им и так положено по нормам ислама. Мы поговорили с создательницами телеграм-каналов о жизни женщин на Кавказе о том, почему местные мужчины называют их неформалами и какие противоречия есть между религией и равенством полов.

Автор: Марьям Акиева

Хейдина, автор канала «Дом моей бабушки»

По специальности я врач-педиатр. Занимаюсь волонтерской и благотворительной деятельностью. Также веду небольшой блог в Телеграме.

О взглядах. Я выступаю за усиление влияния женщин в обществе, а также за соблюдение их религиозных, гражданских и традиционных прав. Права женщин на территории РФ в меньшей степени защищены, чем мужские, а права кавказских женщин не защищены вовсе.

О моих взглядах знают близкие, поддерживают и разделяют. Есть и те, кто перестал общаться со мной, ибо считают, что насилия нет и вообще у нас все прекрасно, а я просто не люблю свой народ.

Сколько себя помню, всегда считала несправедливым отношение к женщинам на Кавказе.

О противоречиях между феминизмом и религией. В современном обществе, особенно из-за социальных сетей, у термина «феминизм» появилось множество различных определений. Сегодня каждый вкладывает туда что-то свое. Это касается и Северного Кавказа: кто-то понимает под феминизмом тайный заговор «прогнившего» Запада по развращению женщин, кто-то борьбу с системным угнетением, кто-то придает термину и движению марксистское значение, для кого-то феминизм — это мизандрия и так далее.

Я не отношу себя к феминизму. Во-первых, из религиозных соображений, а во-вторых, потому что термин исчерпал себя. Как я говорила выше, его использует кто угодно и трактуют его как угодно. Но к любым локальным сообществам, которые на деле помогают женщинам, освещают их проблемы, оказывают психологическую, юридическую, экономическую поддержку и многое другое, я отношусь положительно, как бы они себя не идентифицировали.

Многие считают, что мои взгляды противоречат религии, но это не так. Я буду говорить истину сколько бы ни пришлось вынести агрессии и ненависти. Даже если она не обретает отклика в сердце другого, правду нельзя отнять и нельзя отрицать. Я продолжаю идти, несмотря ни на что: обвинения, угрозы и травлю.

Фото: unsplash.com

О канале в Телеграме. Я создала канал, потому что захотела заниматься просвещением. На протяжении многих лет кавказцы преподносили свою культуру, адаты и понятия как нечто, что опирается на ислам. Поэтому для спасения себя от дурного обращения женщины все чаще отказываются от религии, что меня весьма огорчает. Если женщины не будут знать своих законных прав, данных им Господом, если будут считать, что Аллах не предоставляет им никакой защиты, то они скажут: «Я не хочу быть мусульманкой». Что, собственно, и происходит. Наших женщин так сильно доводят, что некоторые уходят в радикальный феминизм.

На канале я в основном пишу о том, как кавказские мужчины манипулируют женщинами с помощью религии, о правах и обязанностях в свете ислама. Аудиторию нашла, наверное, благодаря репостам и рекомендациям, поддержке родных и друзей, за счет своего гражданского активизма. В Телеграме не так давно появилась возможность отслеживать статистику. Тексты по актуальным проблемам обычно имеют не менее десяти репостов. Думаю, что большая часть моей аудитории женского пола.

О проблемах женщин на Кавказе. Насилие — повсеместно. Физическое — речь не только о регулярном избиении, но и пинки, толчки, пощечины, угрозы рукоприкладством, оружием, калечащие операции. Сексуальное — особенно у нас распространено принуждение к интимной близости в браке. Психоэмоциональное — например, детские браки, насильственные браки. Экономическое — отказ от обеспечения. Многие мужчины считают, что харчей и крыши над головой должно быть достаточно. Это и единоличное принятие финансовых решений мужчиной, единоличный контроль семейного бюджета, отбирание у женщины заработанных ею денег.

Для того, чтобы это изменить, необходимо многое сделать. Но, думаю, для начала — улучшить социально-экономические условия и дать женщинам желание что-то изменить. Не молчать, не терпеть, а требовать и отстаивать свои права.

Лично я считаю, что бытовое насилие на Кавказе повсеместно. Кейсов привести могу предостаточно: Шема Тимагова, Мадина Умаева, Фатима и Зарема Оздоевы, Хеда Пацаева, Лиана Сосуркаева.

О влиянии традиций на жизнь женщин. С традициями и обычаями у нас все не так однозначно. Обычаи не дошли до последних поколений в том исконном виде, в котором они были разработаны нашими предшественниками. Мы не можем наверняка знать о том, следовали ли предки именно такой системе обычаев, которая дошла до нас, так как не сохранились никакие источники: летописи, анналы, наскальные надписи и прочие документы. Следовательно, те адаты — система обычаев, — что мы ныне имеем, передавались из уст в уста, а этот способ работает, как испорченный телефон, и все искажает. Основная же проблема заключается не в том, что обычаи отсутствуют или существуют, не в том, что обычаи меняются, а в какую сторону происходят изменения — в лучшую или худшую. Я считаю, что с нашими обычаями происходят метаморфозы в худшую сторону: наши люди не хотят размышлять, развиваться и стремятся в несуществующее прошлое, создавая худшее будущее. Отсюда и полиция нравов, и самосуд, и вмешательство в частную жизнь, и нарушение личных границ.

А кавказским женщинам вредит многое. В первую очередь — объективация. Именно поэтому каждый воспринимает женщину как свою собственность: она не живой человек, не творение Всевышнего, которого необходимо оберегать, защищать, холить, лелеять, а то, что принадлежит кому-то — отцу, мужу, брату, дяде. В нашем обществе на женщину перекладывают все и возлагают больше должного: она лицо семьи, нянька, кухарка, прачка, повариха, секс-кукла, инкубатор для вынашивания и рождения наследника, сиделка и многое другое. Из-за того, что женщина не имеет в нашем обществе никакой ценности и защиты, к ней легко липнет любая сплетня, которая впоследствии может стать причиной ее смерти из убийства чести.

Мади, автор канала «by Mad.»

Я ингушка, родилась в Москве. Получила экономическое образование, собираюсь идти на второе высшее в области современного искусства. После учебы уехала в Ингушетию с серьезными планами, но они провалились. Там я встретилась с реальностью, с которой теперь происходит моя борьба.

О взглядах. Когда я находилась под влиянием своих родственников, я считала, что соблюдение всех традиций и обычаев — хорошо и правильно, ведь это определяет меня как представительницу своей национальности. Но со временем, когда я начала сталкиваться с «неправильным» на основании этих же обычаев, я задумалась. Тогда у меня почти полностью сменился круг общения, я углубилась в изучение религии, и, конечно, появились люди, с которыми можно было дискутировать на различные темы, связанные с Северным Кавказом. Со стороны религии замечала противоречие в соблюдении некоторых традиций и обычаев, и от этого я испытывала когнитивный диссонанс. Первое время свою борьбу я основывала именно с религиозной стороны. А дальше это просто стало борьбой с бытовыми ситуациями.

О моих взглядах в целом знают немногие. Из родных только мама и сестра. Мама одобряет, она и сама против многих наших традиций и обычаев. Ей также не повезло столкнуться с реальностью, когда она стала молодой снохой. Думаю, это сыграло ключевую роль в ее понимании моих взглядов. Папе же эти идеи бы не понравились, он очень любит наш менталитет, традиции и обычаи. Для него сложно принять любое отхождение от этого, так как он свято верит, что в этом заключается его идентичность как ингуша. Благо у меня много друзей, разделяющих мои взгляды, и я им благодарна.

Иметь такие взгляды, как у меня, не принято. Нас на полном серьезе называют неформалами. Так называют даже тех, кто просто уходит от традиций к религии. Меня это не оскорбляет, лишь забавляет. Всегда мечтала быть особенной. Но прискорбно, что не всегда это заканчивается просто вешанием такого ярлыка, порой доходит до личной неприязни и оскорблений. И это меньшее из зол. В целом, это интересно. Быть другим здорово, а клише для слабых людей, которые боятся выйти из зоны комфорта. Традиции и обычаи тоже своего рода эта зона.

О противоречии взглядов и религии. О том, что мои взгляды противоречат религии, мне говорят те, кто слабы в ней. Знают меньше, чем я, во всяком случае. Лично я, как и говорила, основываю свое мнение на религиозных началах, и всегда исходила из этого. Конечно, в религии есть свои деления и течения, с которыми на протяжении многих столетий ведется своя борьба, но тот факт, что некоторые из течений формируют неправильное поведение человека, имеет место быть. И это тесно связано с традициями и обычаями.

Мое мнение всегда было единым: вопрос религии — это больше обо мне и Боге.

О канале в Телеграме. Когда заводила канал, я не имела определенных целей на него. Его история началась с двух верных читателей моих мыслей. Потом мне предложили распространять его среди знакомых и друзей, и число читателей увеличивалось. Когда я начала освещать важные темы, появились и хейтеры, были и отписки, и приходы новых подписчиков. Уже дальше, при тесном взаимодействии с каналами похожих тематик, у меня появилась та небольшая аудитория, которая разделяла мое мнение. Я даже успела принять участие в важном эфире на тему свадьбы и приданого вайнахской невесты. 

На канале обожаю говорить на тему свадьбы и традиции ее проведения, а также о замужней жизни девушки. Об этом можно говорить бесконечно много. Говорю о том, что на наших вайнахских (ингушских и чеченских) свадьбах не все так прекрасно, как привыкли видеть люди в социальных сетях, мечтая о такой же свадьбе, где все скромно. Это не день невесты. И меня это очень тяготит, так как сама я такую свадьбу не хочу и сильно противостою этому. Скромности в этом мало, лишь маска. «Что скажут люди?» — это проклятье на Кавказе. От этого и идут все проблемы.

Моя аудитория — молодые девушки, но среди подписчиков также и немало парней, которые пишут мне лично, соглашаясь с какими-то моими мыслями. В моем окружении было пару человек, причем и девушка, и парень, которые изменили свои взгляды благодаря именно моим публикациям и личным беседам. В целом, на канал переходит целевая аудитория, которая уже имеет какие-то представления. Но случаи хейтеров все же бывали, но только так нам доступна популяризация, увы.

Фото: unsplash.com

Мой самый успешный пост, у которого была еще и вторая часть — про отношения матерей и дочерей в нашем менталитете. На него я получила огромнейший отклик, так как это была максимально важная тема и для девочек подросткового возраста и старше, даже для замужних. Почему именно этот пост? Я подняла все важные темы вроде подготовки дочерей ко взрослой жизни или разговоров о изменениях организма при взрослении. Некоторые темы из-за менталитета стыдно обсуждать, так как это наталкивает на отсутствие уважения и стыдливости. Но быть девушкой со всеми своими особенностями не стыдно. Для меня, например, мама всегда была близка, мы не избегали определенных тем, поэтому, когда несколько девочек писали мне и спрашивали, как поступать, я подготовила целый пост, который откликнулся в сердцах этих молодых девушек. Считаю, что если женщины пока боятся говорить об этом, кто-то точно должен не молчать.

О проблемах женщин на Кавказе. Я сама представительница Северного Кавказа. Поэтому проблемы женщин я не осознала, а прочувствовала на себе и видела на примерах других близких мне людей. А осознание, что плохо не только мне и моему близкому окружению, а многим женщинам, пришло как раз тогда, когда я всерьез заинтересовалась проблемами вайнахского общества, и когда эти самые проблемы я воочию наблюдала на протяжении нескольких лет, живя в Ингушетии. Думаю, этот опыт наблюдения помог мне понять, оказавшись в самом центре всех событий, что картина мира иная, отличная от того, что я себе представляла. Именно личный опыт подтолкнул меня к этому осознанию. Я не скажу, что это полезный опыт, но глаза раскрыть он мне помог.

Самой главной проблемой для женщин не только на Северном Кавказе остается домашнее насилие. Просто на Кавказе, в основе того же вайнахского общества, много триггеров к насилию. Например, традиции и обычаи, отсутствие женской солидарности, отсутствие воспитания у мужчин, в которое необходимо закладывать уважение к женщинам как основу. Думаю, правильное религиозное воспитание могло бы посодействовать, ведь религия призывает как раз-таки к уважению женщин и их прав. Второй проблемой после домашнего насилия остается то, что у матери при разводе или других обстоятельствах отнимают детей. Естественно, речи о решении таких вопросов законным путем через суд идти не может. Здесь включаются традиции и обычаи, с помощью которых муж и его родственники присваивают всех детей себе. В таких ситуациях женщина выступает как инкубатор, что тоже оказывается еще одной проблемой. Для себя я выделила пока эти как самые важные, но говорить хочется обо всех, хочется, чтобы огласка была на всем, что выступает за рамки религии, законов страны и морали.

Женщины на Кавказе защищены гораздо меньше, чем в целом в нашей стране, потому что закон чаще всего у нас просто может не сработать. Поэтому нужно избавиться от стереотипов и предрассудков и понять, что помощь нужна каждому вне зависимости от национальности.

О домашнем насилии. Мне никогда не хотелось говорить о таком, но я сама пережила случаи домашнего насилия, как и моя мама. Домашнее насилие на Кавказе — это то, о чем никогда нельзя молчать. Терпеть тем более. Но, увы, молчание обосновывается всегда тем, что скажут люди или что же они подумают. Это позор, но позор только для женщины, если она о таком скажет. «Не выноси сор из избы», — говорят обычно люди. Естественно, это давление сказывается, и женщины молчат. Отсюда и статистика хромает, не обо всех случаях известно.

Когда я становилась свидетелем насилия по отношению к женщинам, я слышала разговоры о том, что муж ударил за что-то, не просто так, провинилась значит.

Все случаи домашнего насилия оправдывают, говоря: «Значит, заслужила». Были и случаи избиения беременных женщин. Неприятно и больно вспоминать такое, а наблюдать невыносимо. Больше всего в таких историях меня пугают женщины, которые оправдывают насилие.

Об отношении к феминизму на Кавказе. Феминизм на Кавказе — зло. Именно так многие и считают. Но проблема больше в течениях. Сейчас же любое отстаивание женщинами своих гражданских и религиозных прав именуют феминизмом, который «пришел к нам с Запада и распространяет гниль». Естественно, никто не одобряет распространение феминизма, но больше из-за собственных страхов и установок в голове. Есть адекватная борьба, а есть неадекватная — на Кавказе преобладает вторая. Но лично я не продвигаю повсеместно идеи феминизма. Меня больше интересует продвижение прав, которые уже есть у женщин в исламе и которыми нередко помыкают. Например, невыплата махра. Поясню, махр — обязательный свадебный подарок мужа жене при заключении брака. При разводе или смерти супруга он сможет облегчить жизнь женщине на первое время. В вайнахском же обществе выплачивается «калым» — выкуп — родителям невесты, а махр игнорируется, что есть грубое нарушение этого права женщины. Естественно, это противоречит религии.

О влиянии традиций на жизнь женщин. Могу сказать, что для меня каждая традиция или обычай может иметь и положительный, и негативный характер. Лично я очень много писала про свадебные обычаи, которые противоречат религиозным основам. Например, развязывание языка. Это когда мужчины-родственники или друзья жениха за деньги пытаются разговорить невесту. Были случаи, когда все это слишком далеко заходило. Также полное отсутствие жениха на свадьбе, а значит отсутствие хоть какого-то контроля. Жених появляется только на третий день, а, если точнее, ночь, которая по традициям является брачной. Это малая часть из всего того, что можно выделить для невест. В целом, после свадьбы для них настают тяжелые времена из-за того же традиционного устоя. Девушка забрасывает свою жизнь и начинает жить только ради мужа.

Из незначительного: муж и жена не могут называть друг друга по имени при родственниках и соседях. В принципе, при всех посторонних людях. Лично для меня это было непонятно, потому что таким образом теряется супружеская связь. Чаще всего, когда видишь мужа и жену, не сразу догадаешься, что они женаты. Издержки традиций.

Фото: unsplash.com

Проявление чувств под запретом даже в сторону детей, но благо это уже постепенно сходит на «нет». Все эти мелочи, к которым привыкли вайнахи, негативно сказались на нынешних женщинах, проживших много лет. Это сделало их черствыми по отношению к молодому поколению. Конечно, не со всеми так. Но я искренне надеюсь, что следующее поколение будет строить свою жизнь, исходя из актуальности соблюдения обычаев и традиций, а также основываясь на религии. И больше всего я надеюсь, что истинные права все-таки дойдут до женщин, и они начнут их отстаивать.

Про стереотипы о кавказских женщинах. Самым частый стереотип — раннее замужество. Да, бывают случаи, когда девушек отдают замуж сразу после окончания школы, но сейчас это все реже и реже. Стереотип о том, что девушек заставляют надеть хиджаб насильно и это не их личный выбор. У меня много знакомых, чьи родители были против ношения платка. Я и сама пример: надеть хиджаб стало моим желанием лет в 20, но планировала я это сделать после свадьбы. Тогда я была молода и хотелось красивой свадьбы с макияжем и прической. Около года я размышляла над тем, чтобы не оттягивать. В итоге платок на моей голове оказался два с половиной года назад. Сейчас же я очень часто слышу упреки в свою сторону: хиджаб надела, ни с кем не посоветовавшись. Из родителей, конечно. Это был мой осознанный выбор, и его не все поддержали. Думаю, стоит разрушить этот стереотип, ведь в основном нас наоборот ущемляют в своих выборах.

Об отношении кавказских мужчин к феминизму. Кавказские мужчины, большая часть которых мусульмане, основывают возражения против феминизма на противоречии религии. Но мы боремся за то, чтобы дать женщинам права, которые нам положены по исламу, но которые мужчины так яро игнорируют. Я и сама не хочу называть свою борьбу феминизмом, так будет труднее добиться результатов. Если сказать, что это феминизм, то к нам точно никто не будет прислушиваться. Поэтому апеллировать к религии куда важнее. И для нас, и для них.

Но проблема и в том, что мужчины нередко используют религию как манипуляцию. Любое отстаивание своих прав они соотносят именно с феминизмом, даже если это право, данное женщинам Богом. Многие мужчины в интернете очень яростно выражают свое несогласие, отстаивание своей позиции у них начинается с оскорблений, а заканчивается угрозами. А согласиться сложно, потому что им не хочется терять возможность манипулирования, своего рода, власти над женщинами.

Автор канала «Ингушская женщина»

О взглядах. Я не могу сказать, что у меня особенные взгляды. Просто мне не нравится, когда со мной дурно обращаются и когда относятся несправедливо к другим. Всегда так было. В детстве и юности большая часть окружающих считала меня ботаничкой, оторванной от реальности. Так что реагировали не агрессивно, а снисходительно: «Что с нее взять, сидит вся в своих книжках, ничего о жизни не знает». Так что самый уязвимый период прошел спокойно. Я выросла, и сейчас мне как-то все равно, что обо мне думают традиционалисты. Подозреваю, что по большей части вообще не думают, как и я о них.

С мамой у меня, как водится, была конфронтация в подростковые годы. Она считала, что я не понимаю жизнь, а я злилась на ее замшелость. Когда я повзрослела и научилась обосновывать то, что до тех пор просто чувствовала, она со мной во многом соглашалась. С другими родственниками я «женский вопрос» особенно не обсуждаю, но они же видят, как я живу, как отзываюсь о разных событиях, так что моя позиция для них, очевидно, не секрет. Но их это, вроде, не сильно волнует: раз проблем не создаю, значит, можно и с такой начинкой в голове жить. Для поддержания нормальных родственных отношений не обязательно мыслить одинаково.

О канале в Телеграме. Я решила вести свой канал анонимно, можно сказать, на всякий случай. Я пишу вполне невинные вещи, так что не думаю, что у меня были бы неприятности, но мало ли какие психи найдут, чем оскорбиться. И потом, моя задача — донести до людей свои мысли, облаченные в текст, а не продемонстрировать свою жизнь или личность, так что от анонимности мой канал ничего не теряет.

Считаю, что ингуши находятся в очень сложном положении. С политической и экономической точки зрения — все из рук вон плохо, так что понятно, что нам нужно как-то адаптироваться, чтобы быть более успешными в нынешнем мире. С другой стороны, в последние годы усиливается роль религии, и ингуши хотят соблюдать ее требования. А, с третьей, на этом пути надо не потерять свою национальную идентичность. Как быть мусульманкой, мусульманином и при этом ингушкой, ингушом и также оставаться прогрессивным и современным человеком? На своем канале ищу ответ на этот вопрос — для себя и для всего общества.

Фото: unsplash.com

Также чаще всего поднимаю тему отношений между женщинами и мужчинами в нашем обществе — какие проблемы возникают у женщин, как это ударяет по мужчинам, ингушский менталитет — из чего он складывается, где портит нам жизнь. Иногда пишу про актуальные события. За свою аудиторию благодарю канал «ingushfreedom» и «Дом моей бабушки». Они посоветовали мою страницу своим читателям, и поскольку наша тематика пересекается, некоторые из них заинтересовались и тем, что пишу я. При этом я не считаю, что моя деятельность особо повлияла. Разве публицистика имеет такое могущество? Подтолкнуть колеблющегося, дать пищу для размышлений желающему задуматься, поддержать кого-то в уже принятом решении — да. Но поменять чьи-то взгляды? Не думаю, если честно.

Мой самый популярный пост — про кавказскую методику защиты прав женщин (он набрал больше трех с половиной тысяч просмотров). Самый важный при этом трудно выделить, но пусть это будет пост о том, что дурное обращение с женами и детьми — не вопрос национального менталитета (это особенность людей, принадлежащих к более низшему классу).

О проблемах женщин на Кавказе. К осознанию проблемы меня подтолкнули разговоры старших женщин в детстве. Из их слов было совершенно очевидно, что женская жизнь — скверная. Если говорить об Ингушетии, думаю, главный корень проблем наших женщин — финансовая незащищенность. Она, в свою очередь, исходит из того, что ингушки не получают ни наследства от родителей, ни махра от мужа. При этом общество ограничивает и возможности женщины заработать самой. Вот и выходит, что многим женщинам просто некуда уйти, некуда забрать своих детей от дурного обращения мужа или родственников. А по всему Кавказу — отсутствие защиты от домашнего насилия.

Отношение к женщинам меняется, это видно. Но медленно.

По-хорошему, проблемами женщин должно заниматься государство, но защита прав человека, особенно на Северном Кавказе — это последнее, что волнует наших властей. Думаю, что дело толком не пойдет до тех пор, пока в защиту женщин не начнут высказываться те, кто обладает авторитетом в нашем обществе — пожилые мужчины. Но как раз от них этого можно ожидать в последнюю очередь. Хотя имам Хамзат Чумаков временами идет против течения. Еще в этом отношении у нас молодые фундаменталисты молодцы. Если видишь мужа, который сопровождает жену к врачу или гуляет с детьми — он точно будет с бородой, а она в хиджабе.

О домашнем насилии. Все били и бьют. Разница в том, что жестокость побоев с каждым поколением уменьшается. Лет 50-70 назад моих родственниц били кнутом или лопатой, сейчас такое все-таки редко встречается. Меня тоже в детстве родители били, потом муж бил, мою мать мой отец бил, у соседей и родственников все жен и детей били, мою свекровь мой свекор бил — а я своего ребенка бью. Жалею об этом, стыжусь этого, работаю над собой, чтобы такого не повторялось, но это, честно, трудно, если вырос в такой обстановке.

Об отношении кавказских мужчин к феминизму. Мужчинам трудно согласиться с идеями феминизма, в первую очередь, конечно, из нежелания поступаться привилегиями. Но не только это. Если бы дело было только в этом, было бы проще. А возражают такой бессвязной околесицей, что пересказывать смысла нет. Видно, что в реальных причинах не могут сознаться даже себе, вот и несут чушь.

Редактор: Екатерина Самохвалова

Проверьте, что вы узнали:

Что больше всего вредит кавказским женщинам?
Почему статистика домашнего насилия на Северном Кавказе часто оказывается ложной?
Что такое махр?
В чем причина финансовой незащищенности женщин Ингушетии?


Понравилась статья? Тогда поддержите нас, чтобы мы могли и дальше писать материалы!

Наш журнал существует только на средства читателей. Ваши донаты подарят нам немного уверенности и возможность платить авторам за работу. 

Возможно, вас еще заинтересует:

«Бог сотворил человеку помощницу»: что священники думают о феминизме

«Оружие лежало прямо под подушкой»: как девушка из России служит в израильской армии

«Пришли на кладбище и начали откапывать трупы». Девушка-биолог наблюдала за медведями на Камчатке

Рекомендуемые статьи

Close